Неделя открытых дверей
Кто промолчал, когда должен был говорить,
рассматривается как согласившийся.
Латинская пословица
Девятого марта о Женском дне уже никто не вспоминал. Десант московских гостей, которые, не сговариваясь, прилетели в Махачкалу на минувшей неделе, выглядел общей командой, даже несмотря на то, что каждый из них утверждал, что в Махачкале он исключительно по своим делам. Единственным объяснением этому порыву может быть только общее ощущение, что Дагестан - накануне перемен.
Ловушка № 0
Появление Николая Сванидзе, Людмилы Алексеевой, Аллы Гербер обговаривалось с дагестанскими правозащитниками уже давно. По утверждению Светланы Исаевой, именно она приглашала этих уважаемых людей в Дагестан и именно по ее рекомендациям были проведены встречи с теми или иными представителями гражданского общества. Однако в первый же вечер после прилета правозащитники оказались в плену у Миннаца, который закатил им званый ужин. А так как гости - люди интеллигентные и принимающую сторону обижать не хотели, вместо назначенных встреч они провели это время за знатным застольем. Тактика удушения в объятиях, избранная Миннацем, помогла достичь желаемого результата. Кроме самых терпеливых правозащитников, а их оказалось очень не много, шестичасовое ожидание встречи практически никто не выдержал.
Время было выиграно! На следующий день приезжие правозащитники уже разговаривали с президентом Дагестана. Можно себе представить, как он топил их в своем фальшивом обаянии. Даже не сомневаюсь, что звучало в личном диалоге: у АМГ всегда хорошо получались вариации на тему демократических мотивов. А так как гости в хитросплетениях дагестанской политики люди не очень искушенные и к тому, что седой взрослый человек будет врать, глядя им в глаза, не очень готовые, можно себе представить, какими монстрами перед ними предстали те, кто говорил о пытках, похищениях, незаконных методах допросов.
Поэтому можно предположить, каково было впечатление москвичей, когда, придя на круглый стол, они столкнулись с полной импотенцией 90% гражданских организаций. Им ведь невдомек, что для большинства из них правозащита - это только бизнес по выбиванию грантов. Естественно, когда в присутствии москвичей господин Газимагомедов начинает заявлять, что у него нет информации о том, есть у нас пытки или нет, а дагестанские «правозащитники» при этом молчат, возникает некоторое непонимание - из-за чего столько шума?! Такое чувство, что никто ничего не слышал про Мамадьярова, Абуназарова и многих других, чьи фамилии висят на правозащитных сайтах? А может, предложить просмотреть видеозаписи тел, которые выдали родственникам как якобы убитых в спецоперациях? На телах - следы самых изуверских пыток! И когда люди, выступающие против всего этого, обвиняются в антигосударственной деятельности, иначе, чем подлостью, это не назовешь! А за материал про это мероприятие в газете «Настоящее время» Загидат Сиражудинова может заслуженно просить свои гонорары в МВД. И про какую такую репутацию «Матерей» вдруг стало известно Сиражудиновой? Может, и нам поведает? Каждая женщина имеет право заступаться за своих мужчин, с какой бы стороны войны он не оказался. А когда испытавших горе женщин начинают стравливать друг с другом - это уже вершина цинизма. Даже не сомневаюсь, что игры, в которые начали играть, сталкивая между собой матерей, - самое гнусное из того, что происходило с нами в последние три года. Когда нет аргументов против слов, которые произносят люди, начинается элементарное обливание их грязью или втягивание их в скандал. Благо, готовые услужить, типа Сиражудиновой, всегда найдутся.
На третий день визита московских правозащитников была запланирована уже более приватная встреча с теми, кто реально занимается правами человека в Дагестане. Однако эта встреча тоже оказалась отменена. Как все это понимать, уже и не знаю!
Московские правозащитники улетели, и надо отдать должное Миннацу, который сделал все возможное, чтобы до москвичей слова правды так и не дошли.
Постигая невозможное
Съемочную группу «Рен-ТВ» под руководством Леонида Канфера мы наблюдаем здесь уже не в первый раз. Он прилетел в Махачкалу в тот же день, только рейсом позже Сванидзе&Co.
Леонид прекрасно информирован о том, кто и какие кланы в республике представляет. Он человек, который разговаривает со всеми. В личном диалоге он говорит о том, как важно соблюсти баланс и не вставать ни на чью сторону.
По какому принципу он вычленяет для себя что-то полезное в таком плотном потоке информации для меня загадка. Судя по сюжету, что вышел в субботу вечером, он на месте не сидел и хорошо прокатился по Дагестану. Леонид Канфер собрал максимальное количество мнений. Можно представить, кто, как и где ему сливал компромат на своих политических оппонентов. Даже не сомневаюсь, чем его при этом напичкал Камалов из того, что осталось за кадром. И нужно обладать определенным запасом прочности для того, чтобы не оказаться вовлеченным во внутреннюю разборку. Его желание общаться с местными журналистами и независимыми СМИ вызывало к нему симпатии собратьев по перу и ответную готовность рассказать все, что известно. В программе его визита было посещение радио «Эхо Москвы - Махачкала», он поучаствовал и в «Больших делах» Наримана Гаджиева.
Но с другой стороны, мы должны понимать, что это человек из другой культуры, другой страны, и то, что для нас кажется очевидным и нормальным, вызывает в нем удивление. Лично мне общаться с ним было интересно, это помогает посмотреть на себя со стороны. Если мы на самом деле хотим что-то изменить в республике, взгляд с другого ракурса помогает по-новому высветить знакомые нам явления. Во всяком случае, мне понравился его ответ на вопрос, почему сюжет, посвященный кризису с налоговым ведомством, оказался однобоким. Леонид на это сказал, что, если одна из сторон отказалась выходить на контакт с корреспондентом программы «Неделя с Марианной Максимовской», то получается, что в сюжете есть только та информация, которую удалось добыть. Обвинять в «джинсе» журналистов, не сумевших получить комментарии от представителя дагестанского президента, смысла нет.
Конечно, Леонид не отказал себе в удовольствии позлословить о том, что свобода слова в Дагестане вовсе не то, что мы про нее думаем. С его точки зрения, это что-то вроде последствий общего бардака в республике. Ну, хорошо, что он не приписывает ее наличие АМГ, уж он-то понимает, что, если бы дагестанский президент был таким демократом, свобода слова, в первую очередь, появилась бы в государственных СМИ, а не существовала бы только отдельным анклавом в оппозиционной прессе.
Но вот за что ему можно быть благодарным - так это за желание понять, что происходит в Дагестане на самом деле. Он не ищет простые и понятные ответы на сложные вопросы, он не следует стереотипам, которыми грешат почти все российские журналисты. Он понимает нашу непохожесть и особенность и принимает нас такими, какие мы есть, соблюдая первую заповедь врачей - «не навреди»! Даже если мы с ним по многим позициям общего языка не находим, я уважаю в этом человеке его желание быть объективным.
К нам едет ревизор?
Минувшая неделя выдалась для Белдома совсем не простой: с одной стороны, нужно было войти в демократический образ и убедить московских правозащитников, что у нас все не так плохо с правами человека, а с другой стороны, разнесся слух о том, что в Дагестане находится экономист Бунин. Накануне как раз вышла его статья, мотивирующая отставку Муртазы Рахимова. Естественно, что прилет такого человека в Махачкалу не мог остаться незамеченным. Местные чиновники всеми мыслимыми и немыслимыми способами силились дознаться, приехал ли Бунин. Практически всех москвичей, прилетевших в этот день, пытали этим вопросом. В конечном счете, все превратилось в комедию. ДенисСоколов и Константин Козенин, прибывшие в Махачкалу для работы над проектом «Глобальный Дагестан», никак не понимали, почему разные люди донимают их фамилией известного экономиста. Та же реакция была у Ивана Сухова из газеты «Время Новостей». Кстати, все вышеперечисленные господа вместе с Леонидом Канфером оказались на площадке «Больших дел». Тогда я первый раз позавидовал коллеге Нариману Гаджиеву. У него в качестве собеседников были умные и профессиональные журналисты и аналитики. По тому, как они отвечали на вопросы, строили предложения, приводили аргументы, становилась очевидной разница в уровнях профессионализма дагестанских и московских журналистов. Понятно, что за каждым из москвичей стоит качественное образование и желание конкурировать на рынке интеллектуального труда, но в какой-то момент мне стало интересно, а что было бы с этими же людьми, начни они свою карьеру в Дагестане… У нас для пропуска на эфир работают другие стандарты.
И все-таки я не верю, что десант из журналистов был случайностью. Скорее всего, Дагестан стал зоной притяжения именно потому, что мы находимся накануне перемен. Журналисты из Москвы получили какой-то внутренний импульс приехать сюда, и только мы сами, находясь внутри процесса, не чувствуем движения политических тектонических плит. Скорее всего, с каждым месяцем интерес к нам будет усиливаться.
История с Радченко не закончилась бесследно. Москва сделала для себя выводы, и они совсем не такие, какие бы хотелось АМГ. Обратный отсчет уже тикает. До наших московских коллег доходят слухи, обрывки разговоров, сливы, отдельная информация о том, что Дагестан ждут большие перемены. И источником информации чаще всего становятся московские кабинеты. Нынешний хозяин Белдома уже никому не интересен, его списали и говорят с ним из вежливости. В первую очередь, наблюдателей интересует, что будет происходить дальше. Им нужно знать тех, от кого зависит, по какому пути пойдет Дагестан.
Страница, отведенная АМГ, уже полностью написана, и диалог с ним имеет смысл только для того, чтобы не повторять его ошибок. Уже понятно, что своими действиями он окончательно деградировал и довел до абсурда систему, которая и без того нуждалась в реформировании. Не справившись с вызовами истории, АМГ весь позитив, накопленный его предшественниками, просто слил в канализацию. Сегодня мы имеем межнациональные конфликты, партизанскую войну, имеем ужасающую коррупцию и статистику насилия, как в латиноамериканских хунтах. А еще у нас есть отвратное телевидение, полуразрушенная инфраструктура, отсталая экономика. Понятно, что такое положение дел продолжаться бесконечно не может - либо это начнут менять сверху, либо этот котел взорвется. И это очевидно уже не только московским аналитикам, но и, скорее всего, самому АМГ. Страх увидеть Бунина - это только констатация предчувствия близкого конца. Тень отца Гамлета уже бродит по коридорам Белдома.
Заур Газиев
Оставить комментарий или два